Крестьянский сын Василий Шукшин

25 июля 1929 года родился Василий Макарович Шукшин

О Василии Макаровиче Шукшине (1929-1974) писать одновременно и легко, и сложно. Выдающийся русский писатель, актер, режиссер и сценарист прожил недолго, да и литературных произведений своих создал не так уж и много. Известность он получил прежде всего как актер и режиссер кино, но всегда мечтал посвятить себя писательскому труду. Не свершилось…
Если о жизни Шукшина написать роман, то ему вполне бы подошло название «Как крестьянский сын за искусством в Москву ходил».
Предки Василия Макаровича, что по отцу, что по матушке, происходили из крестьян, переселившихся на Алтай в годы знаменитой Столыпинской реформы (1906-1917), продолжавшейся и после гибели П.А. Столыпина в 1911 году.
В первой половине XX столетия Россия еще оставалась крестьянской страной.

Детство

Сам Василий Шукшин вырос внутри крестьянской среды в селе Сростки Бийского района, Сибирского края, внутри особой русской крестьянской культуры, обладавшей своими достоинствами и недостатками. Правда, после 1917 года эта культура подверглась мощнейшему воздействию советского пропагандистского аппарата и на поверхности значительно изменилась. Но тысячелетние корни ее выкорчевать власти не удалось.
Отец Василия – Макар Леонтьевич Шукшин (1912-1933) в возрасте 21 года был арестован и расстрелян как «враг советской власти» за «антиколхозную деятельность», хотя политикой не интересовался и просто трудился в колхозе «Пламя коммунизма». Обожгло крестьянскую семью пламя репрессий…
Так что уже в возрасте 4 лет мальчик вместе с младшей сестрой лишился родителя. Детей поднимала мать – Мария Сергеевна. И нежную трогательную любовь к маме Шукшин сохранил до конца своих дней.
Василий был крещен, а его мать являлась глубоко верующим человеком, но окружение диктует свои правила. В 1932 году глава Союза воинствующих безбожников Емельян Ярославский объявил «безбожную пятилетку», когда в СССР должны были все – от мала до велика – «забыть Бога». Разорение храмов, переустройство их в клубы и сельсоветы, аресты духовенства, атеистическая пропаганда, объявившая Православие суеверием и изобретением эксплуататорских классов – все это вело к тому, что дети, подростки и молодые люди отрекались от веры, а часто и не знали ее совсем. Родители оказались просто не в состоянии что-то исправить. Образование и массовое воспитание давили как пресс на неокрепшие разумы и души.

Актер и режиссер

Шукшин в 1946 г. окончательно оставил родное село и ринулся в абсолютно самостоятельную жизнь. Он являлся активным комсомольцем, а в 1955 году, обучаясь во ВГИКе, на режиссерском отделении, вступил в коммунистическую партию. Причем вполне искренне. Кумирами молодого Василия Шукшина являлись Владимир Ленин, Иосиф Сталин и писатель Джек Лондон. Считается, что даже сапоги он носил в подражание Сталину. Хотя здесь бы надо рассуждать осторожнее, сапоги как символ достатка и успешности традиционно ценились в крестьянской общине.
Шукшин как актер и режиссер получил признание гораздо раньше, чем писатель. О нем заговорили всерьез в 1964 после фильма «Живёт такой парень». Сценарий Василий Макарович написал сам на основе своих рассказов. Сам же выступил как режиссер-постановщик. Этот фильм получил приз в номинации «За жизнерадостность, лиризм и оригинальное решение» на Всесоюзном кинофестивале в Ленинграде. Да и зритель данное кино принял очень хорошо.
От Шушкина-режиссера ждали в дальнейшем чего-то подобного. Но ожидания не оправдались. А по-другому и быть не могло. Василий Шукшин – певец деревенской жизни и крестьянской Руси, пусть ему и пришлось ради этого перебраться в столицу. Годы расцвета творчества В.М. Шукшина – это время умирания русского крестьянского мира. Какая уж тут жизнерадостность и оптимизм? Большинство рассказов Шукшина и романы трагичны. Крестьянский мир всегда проигрывает наступающему веку. Это и показывает прозаик. Он не собирается успокаивать читателя и навеивать ласковые грезы. Крестьянское здравомыслие не позволяет.
В статье «Нравственность есть Правда» Шукшин писал: «Правда труженика и правда паразита, правда добра и правда зла – это и есть, пожалуй, предмет истинного искусства. И это есть высшая Нравственность, которая есть Правда. Нравственным или безнравственным может быть искусство, а не герои. Только безнравственное искусство в состоянии создавать образы лживые – и «положительные», и «отрицательные» (если их можно назвать образами). Говорить в таком случае о нравственности или безнравственности нелепо. Честное, мужественное искусство не задается целью указывать пальцем: что нравственно, а что безнравственно, оно имеет дело с человеком «в целом» и хочет совершенствовать его, человека, тем, что говорит ему правду о нем. Учить можно, но если учить по принципу: это – «бяка», а это – «мня-мня» – лучше не учить. Ученики будут вырастать ленивыми, хитрыми, с наклонностью к паразитическому образу жизни. Потому что нет ничего легче: не самому решить трудную задачу, а списать с доски. Нравственность можно подделать. И подделывают. И очень удобно живут – в «соответствии»…
В этих фразах звучит неподдельная тяга к Истине, которая не может раскрываться без духовных исканий. Шукшин уже этим свидетельствует, что без понимания смысла бытия невозможны ни искусство, ни нормальное существование общества. Мир без смысла жизни (а его нет без Бога!) обречен на самоуничтожение. Из него вымывается или выбрасывается лучшее, что сохранялось до поры, до времени.

Писатель

Страшен в своей простоте рассказ «Охота жить». Сюжет – это некий кусочек действительности. Сибиряк-охотник Никитич (по сути, крестьянин, промышляющий в тайге) встречает на заимке зэка-беглеца (горожанина до мозга костей). Мораль верующего человека (грешника, а не святого!) сталкивается с моралью откровенного безбожника. В разговоре убежавший из заключения молодой человек откровенно заявляет: «А насчет боженек ты мне мозги не… Меня тошнит от них… Если бы я встретил где-нибудь этого вашего Христа, я бы ему с ходу кишки выпустил… За то, что сказки рассказывал, врал. Добрых людей нет! А он – добренький, терпеть учил…».
Конечно, эти мысли можно было бы списать на уголовный мир, где беглец прошел свои «университеты». Но только не выходит никак. Каких-нибудь пятьдесят-сто лет тому назад каторжане (воры и убийцы) ненавидели «сицилистов» за атеизм. Все перевернулось в XX веке. Русь отказалась от Небесного ради земного. Бог стал восприниматься молодежью как помеха. Из рассказа становится понятным – атеизм уголовника – здесь не бунт против миропорядка, а носит характер личного удобства. Прав был Достоевский, утверждая, что «если Бога нет, всё позволено». Для беглеца Творца нет, добрых людей нет, значит, он вправе совершать любые поступки ради «охоты жить».
Никитич молодого парня не выдал милиции, пожалел. За что и получил смертельный удар в спину. «Так лучше, отец. Надежней» – слова убийцы страшны. Не во гневе зэк совершил душегубство. Ему так комфортнее, спокойнее и проще. Не надо получать оружие окольными путями, не надо бояться, что охотник случайно проговорится.
«Охота жить» – по психологическим мотивам рассказ написан вполне на уровне Федора Михайловича Достоевского. Недаром Василий Шукшин любил роман «Бесы» этого великого русского писателя.
В сказке-притче «До третьих петухов» у Шукшина в сюжет вплетена линия захвата монастыря чертями. Причем как прорваться за стены обители, обманув Стража, нечистым подсказывает Иванушка-дурачок. Без сомнения, основным мотивом произведения является издевка над бюрократией (Ивану надо принести справку от мудреца, что он – умный!), но есть и иные мотивы. Предательство ради личной нужды – один из них. Иванушка ведь помогает чертям ради того, чтобы те показали дорогу к мудрецу. Между персонажами «Охоты жить» и «До третьих петухов» явно проглядывается нечто общее.
Монастырь же черти, изгнав монахов, превращают в место развлечения (пародируется советский клуб!). А еще этим не то бесам, не то бесолюдям, захотелось вместо икон святых вывесить свои портреты. Тут уж видится прямой отсыл к 20-30 годам XX века, когда храмы активно превращали в клубы и вместо иконостаса лепили портреты Троцкого, Ленина, Рыкова и других.
Шукшин возвращался к Православию медленно, как бы сопротивляясь. Любовь к русскому народу, к матери, к заброшенным церквушкам, уважение к православным друзьям подталкивают его к этому. Проникновенные строки принадлежат Василию Шукшину: «Русский народ за свою историю отобрал, сохранил, возвёл в степень уважения такие человеческие качества, которые не подлежат пересмотру: честность, трудолюбие, совестливость, доброту… мы из всех исторических катастроф вынесли и сохранили в чистоте великий русский язык, он передан нам нашими дедами и отцами… Уверуй, что всё было не зря: наши песни, наши сказки, наши неимоверной тяжести победы, наши страдания, – не отдавай всего этого за понюх табаку… Мы умели жить. Помни это. Будь человеком».
Одновременно Шукшин осознает, что без покаяния ничего не свершится. Последней режиссерской работой его являлся фильм «Калина красная» (1973). Главный герой – Егор Прокудин, бросивший свой дом и мать, ради мишуры «легкой жизни» ставший вором-рецидивистом, но сохранивший крестьянскую душу, плачет искренне и кается: «Не могу больше, Люба! Тварь я. Не могу так жить больше! Господи! Прости меня, Господи, если можешь! Не могу больше муку эту держать, да как же у меня сердце-то выдержало?! Что же там – камень что ли?».
Шукшин ушел ко Господу во время съемок фильма «Они сражались за Родину» 2 октября 1974 г. Его последняя роль – русский солдат Петр Лопахин.
Известно, что Василий Шукшин после 1969 года читал Евангелие и сочинения православного писателя Сергия Нилуса. Почти через год после смерти друг Шукшина Р. А. Григорьева получила его письмо, в котором были слова: «Куда же России без Христа? Верую! Верую, как мать в детстве учила, в Отца и Сына и Святого Духа».
Крестьянский сын Василий вернулся домой.

Александр Гончаров
Иллюстрации: картина Виктора Псарёва «Портрет В. Шукшина», фото из интернета.

1 комментарий

  1. Спасибо за информацию.

Добавить комментарий

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован.

36 + = 44