«Верным же стена и покров и держава»

Великий праздник Покрова Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии приходится на разгар осени.
Установление этого празднования в нашей земле традиционно связывают с именем благоверного князя Андрея Боголюбского (XII в.).

Точно неизвестно, существовало ли торжество в Византийской империи или нет, но в России Покров Пресвятой Богородицы был любим православным народом и в древние годы, и сейчас.

В своей проповеди 14 октября 2014 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл сказал:

«Мы называем страну нашу Уделом Пресвятой Богородицы… И образ Покрова является, в каком-то смысле, частью нашего национального самосознания. Сравнительно недавно я имел беседу с людьми, и мы обсуждали тяжелое нынешнее политическое положение, в котором оказываются православные страны, и, конечно же, говорили о России – о многих трудностях и скорбях, о многих опасностях, которые угрожают сегодня нашей самобытности, нашей вере, нашему национальному самосознанию, нашей свободе, нашей независимости. И одна женщина, у которой не было каких-то особых аргументов, чтобы как-то рационально сформулировать свою точку зрения, обращаясь к неведомым противникам, сказала дивные слова: «Отстаньте от России, над ней Покров Пресвятой Богородицы». Я навсегда запомню эти пророческие слова простой женщины».

Обратимся к Преданию. В X веке варвары (сарацины или славяне, не столь важно) осадили столицу Византийской (Ромейской) империи – Константинополь. Падение города казалось неизбежным. Влахернский храм, в котором находились риза, мафорий и часть пояса Пречистой Девы, оказался переполнен молящимися. Когда ночь начала уступать свои права утру, блаженный Андрей, Христа ради юродивый, увидел Богоматерь, пришедшую по воздуху в храм в сопровождении апостола Иоанна Богослова и пророка Иоанна Крестителя. Она долго и горячо молилась. А потом распростерла свое покрывало над всеми молящимися в храме. Кроме блаженного Андрея, свидетелем чуда стал и его ученик – святой Епифаний. Богородица взяла под защиту и всех людей в церкви, и сам город. Утром осажденные увидели, что варвары отступили. Константинополь был спасен от гибели и разорения.
У светской публики неизменно вызывало удивление, что событие, произошедшее более чем тысячу лет тому назад, да еще и не на Руси, так пришелся по сердцу православным христианам в России из всех сословий и чинов. Согласно статистике, количество храмов и других священных сооружений, посвященных Покрову Пресвятой Богородицы, занимает второе место в России, уступая лишь числу церквей, построенных в честь святителя Николая Чудотворца. А это ярко свидетельствует о всеобщей любви к празднованию. Правда, следует учесть, что в статистике учтены и несохранившиеся храмы, а престолы в иных храмах не были подсчитаны. И всему миру известны шедевры русской архитектуры: церковь Покрова на Нерли и Покровский собор в Москве (иначе называемый храмом Василия Блаженного).
Современному невоцерковленному обывателю сложно понять, что совершенно недаром звучат в храмах наших слова на Покров Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии:

«Палата одушевленная Христова, верным же стена и покров и держава: Тобою град твой, Богомати, спасается: Твоею помощию правовернии царие венчаются: Тобою хвалящиися присно, победы на поганыя носят: покрываеши бо омофором милости Твоея».

Русь перенесла столько нашествий врагов и войн за свою историю, что без заступничества Пресвятой Богородицы и самого Господа нашего Иисуса Христа и выжить-то было бы невозможно. Противники были и сильнее, и многочисленнее. Русь часто выходила на поле сражения как Давид против Голиафа. И побеждала. Что уже являлось делом чудесным. Наполеон Бонапарт уповал на «большие батальоны», а Россия на другое – «Иные – с оружием, иные – на конях, а мы Имя Господа Бога нашего призовем! Они поколебались и пали, мы же восстали и тверды были». По подсчетам историков, две трети своей жизни Русское государство провело в войнах, не считая внутренних смут. Но враги так и не сумели уничтожить Удел Пресвятой Богородицы. Нельзя ратоваться с Богом!
Покров Пресвятой Богородицы – это и праздник православного государства, уповающего на помощь Божией Матери и Правду Христову. Но у празднества есть еще и менее высокий, но важный подтекст. Осень для крестьянской страны – это достаточно сытное время. Урожай убран, работы на полях постепенно затихают, подходит пора свадеб. Еще до конца 50-х гг. XX века сельское население в России доминировало над городским, но потом уже никогда деревня не могла сопротивляться оттоку людей в города. И сейчас мы живем в абсолютно городском мире, где изрядно забыты традиции и смыслы жизни предков. Крестьянская изба и дворянская усадьба для нас экзотичны и непонятны. И только храмы, хоть в маленьком поселении, хоть в мегаполисе хоть как-то соединяют все утраченное и позабытое с нашим умом и душою.
Человеку, привыкшему к компьютерным играм-«стрелялкам», сложно понять ценность человеческой жизни и пакостность войны. Воин, сходившийся лицом к лицу с врагом, умел ценить личную доблесть и понимал близость смерти. Летчик, летящий на огромной высоте и отправляющий ракеты или бомбы на мирный город, этого уже не знает – люди внизу представляются насекомыми, и гибель их авиатор не увидит, уносимый своим самолетом с бешеной скоростью к другому городку-жертве.
Человеку, привыкшему добывать колбасу и сметану в гипермаркете, крестьянский труд, настоящий, тяжелый (обработка дачного участка только отдаленно напоминает его) непривычен и, конечно же, он не вписывается в рамки и представления офисного работника об усталости и рабочих буднях.
Праздник Покрова Пресвятой Девы для крестьянина и дворянина был радостным и по причинам окончания страды. В Божий храм стало возможным идти, не оглядываясь на заботы и необходимые работы. Теперь это сложно осознать. И мы теряем от этого те частицы радости, искренней и неподдельной, которые были ведомы нашим предкам. Мы лишаемся чего-то сокровенного и сакрального из русской культуры, одушевленной Православием. И, кстати, это же осложняет нам восприятие стихов Пушкина об осени:

Унылая пора! Очей очарованье!
Приятна мне твоя прощальная краса –
Люблю я пышное природы увяданье,
В багрец и в золото одетые леса,
В их сенях ветра шум и свежее дыханье,
И мглой волнистою покрыты небеса,
И редкий солнца луч, и первые морозы,
И отдаленные седой зимы угрозы.

Почему это вдруг для поэта «унылая пора» легко согласуется с очарованием очей, с красой и т. д., да и «седой зимы угрозы» нас мало беспокоят (разве что центральное отопление отключат, тогда и поймем).
Александру Сергеевичу волею, а чаще неволею, приходилось жить в сельской глуши, хотя его и манили огни Петербурга. И он познал в полной мере и невзгоды, и милости осени. А радость празднования Покрова на Руси ему тоже довелось ощутить. Будучи в Михайловском, он неоднократно посещал праздничные службы в соседнем Святогорском монастыре. Именно на Покров Пресвятой Богородицы совершалось одно из богослужений в честь чудотворной Святогорской иконы Божией Матери Одигитрии. Пушкин обязательно стремился приехать на Покров в монастырь, как припоминали современники поэта, чтобы поучаствовать в крестном ходе.
Таким образом, Пушкину Православие и православные праздники были гораздо ближе и роднее, чем жителю российского крупного города, погруженному в болото и суету машин, улиц и вокзалов…
Но ударят звонко колокола на Покров, и все равно в сердце что-то всколыхнется, что-то родное, теплое и близкое, отпустит «унылая пора», и поверится, что Богородица распростирает свои руки над Россией, защищая нас, грешных, от врагов видимых и невидимых.

Александр Гончаров

Добавить комментарий

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован.

84 + = 89